Технократия: всегда ли «неполитики» могут спасти государство?
» » » Технократия: всегда ли «неполитики» могут спасти государство?

Технократия: всегда ли «неполитики» могут спасти государство?

Рубрика Эксклюзив | 0

Сегодня сложно найти политолога, который не знал бы, кто такие технократы и что такое технократия и проекты технократического правительства. В сознании большинства аналитиков укоренилось примитивное представление о технократах как специалистах вне политики, которые, как Чип и Дейл, спешат на помощь, когда профессиональные политики, принимая неудачные решения или неумело управляя, доводят страну до кризиса.

На самом деле технократия – это концепция построения общества, имеющая давнюю историю.  Она предполагает иную систему отношений, которые могут служить основанием общественной организации, что повлияло на исторические процессы во всем мире. И, возможно, повлияет на мировые процессы еще сильнее, только вряд ли центр этого влияния будет находиться в Украине или в России. Хотя не будем загадывать наперед, все может быть.

Карикатура на сингапурскую модель меритократии, автор- Джошуа Чианг (Joshua Chiang) Источник- www.theonlinecitizen.com
Карикатура на сингапурскую модель меритократии, автор- Джошуа Чианг (Joshua Chiang) Источник- www.theonlinecitizen.com

Меритократия и технократия

Сама идеология технократии, говоря языком математики, является производной от идеологии меритократии, то есть принципа управления, согласно которому руководящие посты должны занимать наиболее способные люди независимо от их социального происхождения и финансового достатка. Современный либерализм, как и старомодный уже коммунизм, не очень-то стремится обсуждать, достойные или нет люди находятся у власти. Коммунисты считали, что раз строилось государство рабочих и крестьян, то кто бы из представителей этих классов не встал у кормила, он уже по определению этого достоин. Либералы придерживаются похожей логической конструкции – власть, избранная демократическим путем, несомненно, является достойной. Кстати, напомним, что Адольф Гитлер был избран именно таким способом. Его противник Иосиф Сталин формально пришел к власти тоже благодаря  соблюдению демократических процедур. Следовательно, не все так просто.

Но углубимся в историю. Первым ученым, который считал, что управлением государства должны заниматься философы, а не случайные люди, был Платон. Тогда философом называли любого ученого: математика, биолога, механика, психолога, теософа. То есть предполагалось, что чем умнее человек, тем больше он достоин власти. Другой вопрос, что есть ум? Ведь существуют эрудиция, оперативное мышление, уникальная память, а есть просто житейская мудрость – и все это разные психологические процессы. Кроме того, политик должен иметь сильную волю, а интеллектуальные и волевые процессы далеко не всегда взаимосвязаны.  Мы еще не учитываем нравственно-этические моменты, а ведь это тоже одна из сторон политики.

Короче говоря, длившийся веками и во многом схоластический спор был закончен на этапе начала научно-технического прогресса. Стало понятно, что политический лидер должен вести народ к процветанию – прежде всего материальному. Машины, техника, технологии изменили стиль жизни людей, и кто-то должен был управлять этими социальными изменениями и направлять их в нужное русло. И тут появился французский мыслитель Сен-Симон, который заявил, что обществом надо управлять не согласно вековым традициям, а по науке (ничего нового по сравнению с Платоном), и управлять должны опять же научно-технические специалисты (во времена Платона с ними было сложно).

Технологическая логика

Сен-СимонМы, действительно, сегодня не особо задумываемся, насколько технологии определяют нашу повседневную жизнь, поскольку освобождены от рубки дров и топки печи, от заготовки льда зимой и выпаса лошадей летом, практически не зависим от количества солнечного света и преодоления больших расстояний. А всю эту и многие другие свободы подарили нам технологии, инженерная мысль. Получается, что если мы это направление развиваем, то становимся все более свободными. Сен-Симон, современник Великой французской революции и Наполеона, заявлял: «Прочь, Александры, уступите место ученикам Архимеда». Философ провозгласил труд категорическим императивом нового общества. Если богатый не в состоянии продуктивно работать головой, то пусть работает руками, а богатства он не заслуживает.

Коммунисты Маркс, Энгельс, а потом и Ленин записали Сен-Симона в утопические социалисты, но тот был значительно ближе к технократам, поскольку решение вопроса видел в культурной индустриализации. Впрочем, ни технократом, ни коммунистом, ни утопическим социалистом Сен-Симон себя не называл. Но вопрос технического прогресса стал весьма актуальным.

Околотехнологические иллюзии

Начало ХХ века показало, что капитализм не всегда стимулирует научно-технический прогресс и даже может его тормозить. Капиталист ищет прибыль, а научно-техническое творчество – дорогая вещь. Тут-то как раз и возник лозунг о том, что «коммунизм – это советская власть плюс электрификация всей страны». СССР, поставив перед собой технические, а не экономические задачи, активно начал их выполнять. Вскоре такую же цель поставил перед Германией Гитлер. Что толку копить золото и деньги на счетах? Подавайте стране самолеты, тракторы, автомобили.

Такой подход к делу называется технологическим детерминизмом. Это основа реальной технократии. Он предполагает, что богатство – это не финансы, а овладение новыми технологиями. Финансам же тут отводится вспомогательная роль. Впрочем, это вовсе не означает, что машина становится  важнее человека в достижении прогресса. Один из идеологов технократии Дж. П. Грант заявил, что слово «технология» означает «не столько машины и инструменты, сколько то представление о мире, которое руководит нашим восприятием всего существующего». 

Философ Н. А. Бердяев, не сговариваясь с отцами технократии, также отметил роль машины как идола в СССР. Подобное отношение в стране практиковалось достаточно долго: машины щадили, а людей – нет. Технократия говорила о другом: мир машин меняет мир людей. Человек, живущий в мире машин, имеет иное мировоззрение, чем человек, лишенный подобного опыта.

Теперь же (барабанная дробь!!!) технократы посягнули на святая святых либералов, а именно – на деньги и банки. А что, если мерило эффективности не прибыль и даже не столько уровень технологического развития, сколько уровень использования внешней энергии (энергии, не затраченной работающим человеком в форме человеко-часов, а полученной и затраченной машинами в форме киловатт-часов)? Такой подход основывался на работах лауреата Нобелевской премии по химии Фредерика Содди.

Фредерик Содди
Фредерик Содди

Он считал, что финансовый капитал не реальное, а призрачное богатство. Реальное богатство было получено при использовании энергии для преобразования материалов в товары и услуги. То есть не деньги надо считать экономистам, а использованную энергию. Таким образом, технократы еще менее рыночники, чем коммунисты. Они считают, что благосостояние народа определяется не денежными средствами, а наличием у населения тех или иных товаров и возможностью общества их производить. В определенном смысле это забытый советский план по валу. Кроме того, к управлению допускаются люди, обладающие необходимой для этого квалификацией (принцип меритократии).

И тут возникают вопросы: кто будет определять этот самый план по валу, а также квалификацию управленцев? Большинство технократов отвечают: «Машины». Тогда и появилось море всяческих тестов и математических моделей, далеких от реальности настолько, что ситуация доходит до абсурда. Получается, что не люди управляют машинами, а машины людьми. Хорошей иллюстрацией могут быть тесты по литературе и истории, которые не проходят сами учителя. Ведь история – это не перечень дат и событий, а литература совсем не список прочитанных книг.

Технократия, экономика, политика в ХХ веке

Технократические идеи стали особо актуальны в США в 30-х годах прошлого столетия. Дело в том, что коммунистом быть стало как-то немодно, а вот технократом весьма приемлемо. Принято стереотипно рисовать картины стабильной и сытой Европы тех времен и безумных экспериментаторов в СССР. На самом деле, Третий рейх тоже рассматривался как эксперимент, а США вообще свою государственность с самого начала, то есть с восемнадцатого века, называли грандиозным экспериментом. Да и не были 30-е годы сытыми ни в Германии, ни в США. Вопрос о том, как накормить население, стоял очень остро во всем мире, и это подталкивало общество к социальным экспериментам.

Американские технократы в самый разгар мирового кризиса предложили рассматривать экономику страны как технат, то есть провели инвентаризацию ресурсов страны, уделяя особое внимание энергетическим. Далее предлагалось рациональное использование этих ресурсов по законам термодинамики. В технат были включены Канада, большинство стран Южной Америки и Карибского бассейна. Когда проект предложили американской элите на обсуждение, то банкиры покрутили пальцем у виска, но все же расчеты не пропали даром. С этого момента США определяют сферы своих жизненных интересов, которых с каждым годом становится все больше. И, кстати, в этом же направлпромпартияении во Франции мыслила экономическая школа планизма, которая также противостояла рыночному распределению ресурсов, предлагая делать это на научной основе. Именно  экономическая парижская научная школа и подвела под репрессии советских экономистов из так называемой Промпартии.

Пока американцы и французы использовали любые, пусть даже утопические, идеи своих экономистов, а технократия серьезно влияла на экономику этих стран, советские технократы пошли под нож репрессий первыми, хотя именно советский ученый Богданов предлагал распределение средств по принципам термодинамики в 1923 году, то есть был одним из пионеров этого движения в мире. За связь с парижской экономической школой советским технократам в 1930 году приписали вредительство, попытку свержения советской власти и сотрудничество с интервентами. Когда дело изучали после времен сталинизма, то даже доказательств существования Промпартии не нашли. То есть ЧК арестовала членов обыкновенного клуба экономистов-технократов европейского уровня.

Тем не менее технократическая прослойка общества образовалась и в СССР,  и в гитлеровской Германии. Все просто – оборонка требовала огромного числа инженерно-технических работников (ИТР), при этом рыночная система в большом количестве таких специалистов не нуждалась. Создав инженерные школы, Германия до конца войны вела в гонке вооружений по технической мысли (но не по производству вооружения). Третий рейх первым создал и опробовал в период войны реактивные самолеты, баллистические и крылатые ракеты, базуки, танковые клинья и океанские подводные лодки. Советская инженерная школа шла не столько по пути поиска «чудо-оружия», сколько по пути массового производства простых и надежных образцов – и выиграла. Поршневые деревянные самолеты застилали небо и расстреливали любые образцы реактивных монстров. Простые и неприхотливые «тридцатьчетверки» проходили сотни километров в день, а чудо германской инженерной мысли ломалось и требовало техпомощи. Интересно, что и немецкие, и советские представители ИТР были особой кастой – неприкасаемыми – и им часто разрешалось не доказывать свою лояльность режиму. Во многом это была та самая технократическая среда, которая, в принципе, должна повернуть развитие истории по направлению научного управления страной.

У немцев не вышло, а вот в СССР такие попытки предпринимались неоднократно. Советская власть тоже хотела создать технат, то есть посчитать ресурсы и разумно распределить их с помощью АСУ. Но ни первое, ни второе задание не смогли выполнить. Подсчету ресурсов активно противодействовали теневики, ведь тогда они перестали бы получать левые доходы, а для многих это был основной заработок, учитывая малюсенькие советские зарплаты. Автоматическое распределение ресурсов заложило бы мину под советскую партийную бюрократию, которая с удовольствием распределяла все в ручном режиме. Взять эти «высоты» ИТРовцы не могли в принципе, так как они не были объединены, а их качество оставляло желать лучшего. Технократия предполагает, что ИТРовец занимается научно-техническим творчеством. Но в СССР масса народа шла в технические вузы не ради будущего творчества, а для того, чтобы никогда не стоять у станка или не работать в поле. Советские вузы выпускали бездарных и оторванных от жизни спецов,  которые в основном проводили время на прокуренных кухнях за пустыми разговорами и карточными играми. В период перестройки большинство из них забыли о своих дипломах и ринулись торговать на стихийных рынках.

Сахаров А.Д. источник - ruspekh.ru
Сахаров А.Д.
источник — ruspekh.ru

Очень небольшая часть технической интеллигенции пошла в политику. Самый известный из таких людей – академик А. Д. Сахаров. Он видел, сколько ресурсов пускают на гонку вооружений, и его рациональное естество противилось этому. Академик выступал против командно-административной системы, но четкого плана борьбы у него не было. Тут-то и помогли американские товарищи, назвав Сахарова и ему подобных технократами. Это была психологическая уловка. Получалось, что диссиденты не воинствующие антикоммунисты, а безобидные технократы. Через короткое время технократов заменили рыночниками (то есть их полной противоположностью как в экономическом, так и политическом плане), а о технократах вспоминали все реже.

Тем не менее во времена кризисов в Финляндии и Италии к власти приходили технократические правительства. Это были команды спасения для получения определенных результатов. Цели обычно достигались, ситуация исправлялась, но долго технократов у власти никто не держал. Просто любая элита хочет получать свою выгоду от контроля над рынками и распределения ресурсов. Технократы обычно это во внимание не берут, их задача – наладить производство, запустить промышленность, создать рабочие места. Разве элиту данные вопросы  заинтересуют, если на горизонте не маячат выборы!

Технократия в наше время

Сегодня технократом называют любого более-менее вменяемого политика, не склонного к популистской риторике и имеющего в резюме пару-тройку мест работы в реальном секторе экономики. Даже если он не семи пядей во лбу и таблица умножения для него – сущее откровение.

Отдельно стоят технократы-антирыночники, которые активно продвигают свой проект. К примеру, известный «Проект Венера» – некоммерческая международная неправительственная организация под руководством Жака Фреско и Роксаны Медоуз. На официальном веб-сайте движения «Проектирование будущего» декларируются следующие цели «Проекта Венера»:

  • всемирное признание природных ресурсов Земли достоянием всего человечества;
  • отмена искусственных границ, разделяющих людей;
  • переход от денежно-ориентированных национальных экономик отдельных стран к всемирной ресурсо-ориентированной экономике;
  • стабилизация численности населения мира благодаря повышению уровня образования и добровольному контролю рождаемости;
  • восстановление окружающей среды;
  • реконструкция городов, транспортных систем, сельскохозяйственных и промышленных предприятий в энергосберегающие, экологически чистые системы, способные удовлетворить потребности всех людей;
  • постепенный полный отказ от таких форм управления, как корпорации и правительства (местные, национальные или транснациональные);
  • взаимообмен технологиями и использование их на благо всех народов;
  • разработка и использование чистых возобновляемых источников энергии;
  • изготовление продукции только высшего качества для всех людей в мире (например, отказавшись от концепции планируемого устаревания);
  • предварительное проведение исследований любых больших проектов по строительству на предмет возможных последствий воздействия на окружающую среду;
  • поощрение творческого потенциала и созидательного начала в человеке во всех его проявлениях;
  • избавление от пережитков прошлого (национализм, фанатизм) и предрассудков путем повышения уровня образования населения Земли;
  • устранение любых видов элитаризма, включая технический;
  • разработка методологий с помощью научных исследований, а не случайных мнений;
  • создание нового языка общения на основе сближения его с окружающим миром;
  • обеспечение людей не только всем необходимым для жизни, но и воспитание индивидуальности с помощью задач, стимулирующих человеческий разум;
  • интеллектуальная и эмоциональная подготовка людей к предстоящим изменениям.

1-2

Впечатляет? Проект предполагает строительство экспериментального города, живущего по этим правилам, а потом и системы таких городов. На это благое дело собирают деньги, уже есть около полумиллиона адептов движения.

Что-то очень похожее предлагает и общественное движение «Дух времени». От «Проекта Венера» его отличает только то, что оно не столь конкретно и радикально. Не предлагает строить экспериментальный город, а просто хочет вести просветительскую деятельность, не предлагает отменить частную собственность, а просто желает сделать ее немодной, устаревшей.

Так что, возможно, через некоторое время технократы станут реальной политической силой в мире. Самое интересное, что основные противники современных технократов вовсе не либералы, а… неомарксисты, которые обличают технократию в утопизме. Что ж, у них есть на это основания. Но стоит вспомнить, что два века назад сам марксизм считался утопией, а кружки по изучению «Капитала» воспринимались как сходки умалишенных. Тем не менее удалось создать целый Второй мир, который активно противостоял миру капиталистическому. Возможно, марксисты просто ревнуют? Ведь и они, и либералы взяли у технократов массу идей, а теперь нужно будет отдавать долги.